Инициативная группа по разбору
последствий протестных выступлений
МОНИТОРИНГ
Инициативная группа по разбору последствий протестных выступлений
Угрозы увольнением, нетрезвые понятые и «поддельный паспорт»

Что происходило в отделе полиции, где задержанного на акции 31 января воронежца продержали 14 часов. Монолог

8 марта 2021 г. Егор Якимов, Денис Каневский, Александр Друк
Евгений Савелов, фотография из личного архива
Мы продолжаем публиковать истории задержанных на митингах воронежцев. Евгений Савелов — системный администратор. После задержания на акции 31 января провел в 8 отделении полиции больше 14 часов вместо положенных по закону трех.

По словам Евгения, сотрудники отдела отобрали у него телефон, заставляли пройти дактилоскопию и угрожали уголовным делом, связанным с работой. Они отвели его в помещение с камерой, где находилось двое нетрезвых людей, которые вели себя неадекватно. Полицейские запугивали мужчину тем, что оставят там, если он не подпишет документы и не сдаст отпечатки пальцев. Евгения выпустили в 4 часа утра, когда поняли, что от него ничего не удастся добиться

Задержание прошло спокойно. Омоновец, который меня вел, делал это аккуратно. Более того, доведя до пазика, начал одергивать своего коллегу, который вел себя жестче. Я прям запомнил его слова: «Да не ломайте ваших детей». А до задержания один из омоновцев даже вежливо просил меня уйти с дороги на тротуар, когда их шеренга обогнала меня и других ребят. Они двигались от Воронежского государственного университета в сторону площади Ленина.

Поэтому после задержания я долгое время был уверен, что скоро выпустят, так как знал, что по закону задержать могли всего на несколько часов. Но на практике все оказалось совсем иначе, так что я просто сидел и покорно ждал, пока тикали часы [прим. Евгения доставили в отдел полиции № 8 по Ленинскому району].

Это произошло, когда большую часть задержанных уже отпустили, либо вечером, либо ближе к полуночи. Мне сказали, что меня вот-вот выпустят, нужно только пройти беседу. Отвели в комнату. Там было два человека: девушка со стеклянными глазами, смотрящая «сквозь меня», и очень полный мужчина. Девушка начала со мной общаться. Задавала вопросы: где живу, где и кем работаю. И это несмотря на то, что днем я все это уже оглашал под запись другим людям в форме.

Как я понял позже, их задача была в том, чтобы в разговоре зацепиться за что-то, вывернуть наизнанку и запугать. Кого-то пугали универом, кого-то бабушкой, кого-то родителями, кого-то работой. Когда девушка спросила, где я работаю, я ответил: в воронежском филиале ООО «Энергоконтроль». После чего полный мужчина начал интересоваться, чем занимается наша организация. Я легко ответил: плановый съем показаний и установка счетчиков, все работы мы выполняем по договору с «ТНС энерго», мы их подрядчик.

После этого мужчина и девушка начали меня оскорблять, указывая на то, что они знают, что наша организация на самом деле «обворовывает бабушек и стариков», ставя счетчики по 5−10 тысяч рублей, и у них якобы есть много заявлений о мошенничестве.
Это была явная клевета. Как только я открывал рот в попытке защититься, они тут же перебивали меня и снова оскорбляли, придумывая небылицы.
Далее полицейский резко сказал, что меня сейчас будут оформлять по уголовному делу, и что я отсюда уже не выйду. Повел меня в другое помещение и под сильным психологическим давлением заставлял сдать отпечатки пальцев. Я отказывался.

Я находился в помещении, где все было готово для сдачи отпечатков. Не помню как, но я вышел в коридор и сказал, что туда больше не зайду, просил адвоката. Мне было страшно.
Меня окружили и говорили, что будет только хуже, если я не буду сотрудничать. Далее начали говорить, что если я не сдам отпечатки, то они оставят меня в камере до выяснения личности.
Отдел полиции №8 по Ленинскому району г. Воронеж. Там содержался Евгений
Я отвечал:

— У меня же паспорт с собой, и еще днем все мои данные переписали, и ни у кого не возникло вопросов о том, кто я.

— Паспорт ничего не доказывает, он может быть поддельным. Был у нас такой случай, — продолжали полицейские.

Я вытерпел давление, и меня решили вернуть в актовый зал. Напоследок все тот же полный мужчина громко заявил, что хорошо знаком с кем-то из руководства нашей организации, и что завтра я там больше не работаю. На тот момент я понимал, что все, что он говорит — ложь. Этот пузатый тип был самым гнусным и античеловечным из всех, с кем мне довелось пообщаться в этом здании.

Я был в полиции первый раз в жизни, и это место произвело на меня культурный шок. Я указывал на нарушения или на явную ложь с их стороны. Спрашивал, разве так можно? Разве это правильно? Это не похоже на правосудие. Мы не преступники.

Ответ был всегда примерно такой:

— А о чем вы думали, когда выходили на митинг? Теперь не жалуйтесь.
Нас воспринимали как врагов, наши права их не интересовали.
Где-то после 7 часов начали выносить протоколы. Выносили по одному протоколу с интервалом в 20 минут, их долго делали. Во всех стояло время составления, которое укладывалось в 3 часа после нашего задержания, несмотря на то, что эти протоколы печатали и выносили вплоть до 11 вечера.

Звонить не давали. Один из задержанных говорил, что он, может быть, подписал бы бумаги, но не понимает что там написано, просил дать возможность позвонить другу (который был юридически подкован), чтобы посоветоваться. Много раз просил, ему так и не разрешили.

Но вскоре выяснилось, что «никому не запрещали звонить». Полицейские даже издевались, мол, что же мы не позвонили адвокату, или родственникам. Но мы не могли позвонить, телефоны у нас отобрали при задержании и не отдавали, и домой никого не отпускали. Я видел, как правозащитника из ОВД-Инфо не пустили в отделение, когда сдавал ключи и телефон. Затем нам стали говорить, что телефоны ни у кого не изымали, мы якобы отдали их собственноручно. Забрать мы их все равно не могли, так как, по словам сотрудников, находились на территории режимного объекта, где запрещена съемка.

За все время задержания никто из полицейских ни разу не представился, права не зачитывали, а наоборот вводили в заблуждение. Запугивали, что тех, кто не подпишет документы, оставят за решеткой до суда.

Пальцы и фоторобот не взяли только у меня и еще одного человека и только потому, что мы упирались, как могли. Сотрудники очень убедительно разводили нас по одному и разъясняли, что мы обязаны это все сдать, пугали ухудшением положения, тюрьмой, увольнением. Я отказывался, стоял в коридоре, а мне говорили, что все равно заставят сдать отпечатки. В итоге от меня отстали и увели обратно.
Я бы никогда не поверил в произошедшее, если бы не увидел сам. Я был оскорблен постоянным враньем с «переобуванием» в любой неудобной ситуации. Они вели себе не как представители закона, а как гопники на районе.
Меня выпустили в 3 ночи. То есть меня и еще одного человека держали там дольше всех. Перед тем как выпустить, нас отвели в помещение, где была камера, в которой находились 2 нетрезвых человека в неадекватном состоянии. Один из сотрудников достал телефон и начал в очередной раз снимать на камеру и спрашивать, будем ли мы подписывать документы? Полицейский задал этот вопрос несколько раз, я в основном молчал, а мой товарищ по несчастью ссылался на 51 статью Конституции.

На наши вопросы они не отвечали, запугивали, что действительно оставят нас в камере с этими двумя людьми. В итоге они открыли камеру и попросили этих двух в камере подписать документ, как понятых. После этого нас отпустили.
Мы - единственная группа в Воронеже, кто собирает и систематизирует полные данные о нарушениях прав задержанных после массовых акций 23 и 31 января в Воронеже.

Пожалуйста, укажите сумму, которую вы готовы пожертвовать для осуществления деятельности группы

Все вырученные средства пойдут на работу сайта, организацию мониторинга, просветительские семинары и правовую помощь.
Made on
Tilda